Комментарии
Незрячий
Tansin
07.01.2018 в 04:48
супер ​
Арио
29.02.2016 в 15:27
Всеми лапами ставлю "^"! (начинаю ностальгировать по "+") Жду с нетерпением ещё!
Последний танец шамана 
KaraBars
03.10.2016 в 12:11
Мне очень понравилось :)
Рисунок дракона
AquaDragon
18.09.2016 в 21:36
шедевр)
Riz
08.08.2014 в 16:26
Сохранил. Потом на футболку переведу, ибо очень круто.
ВасяДракон
04.08.2014 в 09:57
С каждым разом мне всё больше и больше нравится =)
Почиркушки в обеденный перерыв
AquaDragon
18.09.2016 в 21:27
особенно впечатлил 1 рисунок (:
Fire_dragon
04.09.2014 в 15:33
Красиво, я так не умею Но не расстраиваюсь на этот счет. Ведь здесь есть такие хорошие художники :)
mehanic
03.09.2014 в 23:11
Всё было стабильно до последнего... И 2 странновато..
Дракон Малмалор с сокровищами
AquaDragon
18.09.2016 в 21:16
превосходно получилось)))
лена_Скрилл
14.03.2015 в 22:51
ВасяДракон,  дракон  будет 7 головый? тогда он будет охранять  дом      
лена_Скрилл
14.03.2015 в 20:38
ВасяДракон,     
Настольная игра Дракоша Драги (Dragi Drache)
ВасяДракон
16.08.2018 в 22:01
Ха-ха-ха называние игры конечно говорящее))) да и сама идея научить детей дуть)))Покупай две ​
Владимир Ильин. Шериф
ВасяДракон
16.08.2018 в 21:56
@Fire_dragon а давай если не сложно, я бы почитал. Хотел как-то попробывать, да ценик на оружие отпугнул)) Дорогое вообще увлечение?) Как часто и где бои проходят?)
Fire_dragon
26.10.2017 в 16:17
Если кому-то интересно, могу начинать писать статьи про страйкбол и с чем его едят, ибо сам стал им сильно увлекаться, надеюсь понравится и вам, буду ждать ответа)​
13 анекдотов про драконов 2 часть
владимир_шебзухов
20.03.2018 в 22:40
​Скатерть-самобранкаВладимир Шебзуховчитает автор(видео)https://youtu.be/Gstf7X5RmkMпо фольклоруГлазам своим не верил Горыныч спозаранку.Лишь вышел из пещеры, глядь – скатерть-самобранка.Уж потирает л
Дракон_Рассвета
09.07.2012 в 17:04
Эх-х...Побольше б таких...
Fire_dragon
09.07.2012 в 16:16
согласен, 10-ый просто
Маленький рассказ про девочку и дракона
Catcatiko
24.02.2018 в 14:28
@DragonDice особенно в средневековье
Гость
08.06.2011 в 19:53
хмр.. не все люди поголовно, может быть, но большинство согласен.
Гость
16.05.2011 в 17:29
дааа,прочитал - кул тема. Норм рассказы начинают появляться. СпС автору
Ночь рождения
Catcatiko
23.02.2018 в 15:31
@White_Dragon не логичные убийства
Catcatiko
23.02.2018 в 15:15
@Стражница теп что на этих 6 страницах все драммыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыы уже бесит но норм но хватит глубогово смысла и фан нужет
Алхэнн
08.06.2011 в 21:47
вот именно, а то какие-то крепости штурмовать, нести потери(одна гибель четырех драконов от залпа мага чего стоит) и завоевывать победу и преимущества каким-то ''темным'', мотивов драконов-предателей
0 2

ПО ТУ СТОРОНУ СНА. Сон девятый. Приключения начинаются (Часть2)

Опубликовано 17.07.2012 в 23:03
Я не верила собственным ушам.
– Филя, объясни тогда мне, как я попадаю сюда? Что это, если не плод моей фантазии?
– Ну, когда ты меня подобрала, я долго к вам присматривался, – продолжал пёс. – Вы не такие, как все. Не такие… Что-то в вас есть такое.., – он задумчиво смотрел на меня оценивающим взглядом. – Особенно в тебе. Я тогда сразу ощутил в тебе скрытую силу. Да, она была, но где-то далеко, и что это за сила – я не мог понять. Я такие вещи чую, поверь мне! Ни у кого больше я не ощущал ничего подобного.
– Погоди, погоди, про силу потом! Как мы – я и ты, – оказались тут, ответь мне, пожалуйста!
– Я сожалею, но я не могу ответить на все твои вопросы: я – всего лишь маленькая собака. Очень возможно, что каким-то образом ты открываешь один и тот же портал, один и тот же переход своей волей, связывая тем самым две реальности.
– Но как же так может быть – две реальности? Ведь здесь такие же люди, как и там. Всё то же самое.
Он задумался.
– Я могу сказать только одно: время преподносит нам порой удивительные сюрпризы, а сон – та же реальность, которой можно управлять. Возможно, это – один и тот же мир. Да даже не возможно, а точно, но – в разное время. Либо мы в прошлом, либо мы в будущем.
Он замолчал. Я пребывала в полной прострации. Меня как будто обухом огрели. Только представьте, что всё это вам рассказывает ваша же собственная собака на полном серьёзе! Я бы посмотрела на вашу реакцию…
– Филя, – тихо спросила я. – А ты точно собака?
– Ну да! – с полной уверенностью в голосе ответил пёс.
– Собаки не размышляют вслух о прошлом и будущем. И отчего у тебя глаза такие огненные?
Он хмыкнул:
– Не знаю. Вроде, всегда такие были.
– А почему тебя многие собаки боятся?
– Тоже не знаю, – последовал ответ. – Я вообще не перевариваю себе подобных. А особенно громадных, мерзких качков с купированными хвостами и ушами и горой мышц. Вместо мозгов у них – собачий корм, причём в переработанном виде, – заворчал он со злобой. – Ненавижу их, они убийцы!
– Зачем же ты на них кидаешься, когда мы с тобой гуляем, если ты их не перевариваешь? Нарываешься сам и нас подставляешь под удар.
– А ты разве не знаешь? Ни разу не слышала, что они говорят нам вслед?
– Нет, я ведь не понимаю собачий язык.
– Ах, да, забыл совсем! Так вот: они оскорбляют и вас, и меня такими погаными грязными выражениями! А как я могу смолчать, когда они смешивают нас с грязью? Я же должен защищать нашу честь.
– Ага, когда ты пытаешься защитить нашу честь, нам всем приходится от них спасаться.
– Простите, виноват, – ответил Филя…
На некоторое время мы оба замолчали.
– Можно тебя спросить? – после долгой паузы спросила я.
– Да, пожалуйста. Что ты ещё хочешь узнать?
– Зачем ты орёшь, как резанный, на людей? Ты ведь их до смерти пугаешь своими выходками.
– Ооо! – он ощерился довольной улыбкой. – Ну, не знаю. Просто нравится. Забавно смотреть, как люди пугаются маленькой собачки. И тем более, я же пёс, так почему бы мне не полаять вволю?
– Это иногда не к месту, дорогой мой! Люди разные, сам знаешь. Тебе может и влететь за такую выходку. И мне заодно с тобой.
Филя озорно глянул на меня – в его глазах горели маленькие рыжие лампочки. Он пожал плечами и залился звонким лаем, вздрагивая от каждого брёха. Вот ведь характер, а? И откуда этот пёс мне достался, из какого мира? И пёс ли это вообще? Я уже почему-то перестала удивляться и, кажется, поверила ему.
– Ну, всё, Филя, хватит! Фу! Перестань! Нельзя, не ори! – завопила я, пытаясь заглушить его вопли, а он в ответ только рассмеялся. – Ну, ладно, хватит тебе, серьёзно! Садись, лучше давай ещё поговорим. Значит, ты не помнишь, где жил раньше?
– Не, не помню, – он сел.
– А как тебе живётся у нас?
– Ой, в целом – отлично. Мне ваша семья очень нравится, вы хорошие. За эти пять лет вы стали моей стаей, моей семьёй.
– Я рада это слышать. А кого больше из нас ты любишь?
– Ты меня смущаешь! – забормотал пёс. – Как я могу вас делить на кого-то более или менее любимого? Я вас всех люблю! Я очень люблю ездить в деревню, к бабушке и дедушке. Я в них души не чаю! Жаль, что мы ездим туда только на лето.
– Ну, что же теперь делать? Зимой туда трудно добираться… Дороги заносит, и их не чистят. Поэтому мы и не ездим туда после сильных снегопадов, иначе можно завязнуть по самое не хочу.
Он согласно кивнул.
– Кстати, а почему я не могу понимать тебя там, в реальности, а понимаю только тут?
Филя посмотрел на меня и пожал плечами:
– Я не знаю, может, ты не слишком стараешься или ещё что… Не вошла в силу… я не могу тебе на это ничего сказать, – растерянно ответил он, глядя на меня. – А вообще, ты очень странно выглядишь. Я тогда чуть души от страха не лишился, когда ты в окно заглянула!
Мы оба рассмеялись.
– Филя, поверь, я сама чуть не умерла от ужаса, когда со мной всё это началось. С ума сойти, если всё, что тут происходит, – правда.
– Это – самая что ни на есть правдивая правда, самая реальная действительность. Может, мне тебя укусить, чтобы ты мне поверила?
– Ну, уж спасибо! Обойдусь как-нибудь! Кстати, Филат – очень красивое имя.
– Спасибо! – смущённо ответил он.
– У меня ещё вопрос. Ладно, как я попадаю сюда, я знаю, но как ты-то смог?
Он пожал плечами. Я разочарованно вздохнула:
– Понятно… И ещё вопрос! – он улыбнулся, видимо, потешаясь над моим любопытством. – А если я буду называть тебя твоим прежним именем? Как ты на это смотришь?
Он задумался.
– Не, наверное, не стоит. Это моё имя напоминает мне о моём прошлом, которого я не помню, и это мне причиняет боль. Я чувствую себя беспомощным. Лучше оставь имя Филя, оно мне приятно. Это моё новое имя в моей новой жизни.
– Ну, ладно, как скажешь.
Он кивнул.
– Значит, ты мне больше ничего не можешь рассказать об этих мирах?
– Просто, если бы я мог, я всё с удовольствием бы тебе рассказал.
– Ну, ладно, не буду тебя мучить расспросами. Давай погуляем, а то мы тут с тобой битых два часа сидим и треплемся. А вокруг вон как хорошо. И вообще… Я сейчас… одну маленькую собачку, – я привстала, наклонила голову к земле и фыркнула на него. Он удивлённо на меня уставился. – Догонюууу… – протянула я, глядя, как меняется выражение его морды.
– А ты попробуй догнать-то! – тявкнул он, и, сорвавшись с места, кинулся наутёк.
– Стой! – завопила я. – Куда так ломанул?
В ответ я услышала весёлое, задорное тявканье – вот мерзавец, ещё и дразнится!
Филька нарезал вокруг меня приличные круги, и каждый раз умудрялся увернуться от моих цепких лап. Перепрыгивал через мой хвост и пробегал у меня под лапами, при этом каждый раз наступая мне то на одну лапу, то на другую.
– Всё, ты меня уморил! Я сдаюсь! Твоя взяла, ты выиграл! – отпыхиваясь, прорычала я, удаляясь в прохладную тень лесной опушки.
Он стоял поодаль на невысокой кочке, гордо подняв голову, туго прижав кольцом хвост к спине, выкатив грудь колесом, отчего передние лапы его становились до смешного забавно поставленными, как у медведя. О, это его воинственная поза!
Я отмахнулась от него лапой и повалилась на прохладную траву, на которой кое-где была ещё утренняя роса. Накрылась крылом и закрыла глаза – типа, я сплю. Слышу – ко мне кто-то крадётся, тихо-тихо. Я чуть приоткрыла один глаз и увидела Филькину довольную морду перед своим носом. Он стоял и разглядывал меня. Я тут же схватила его и прижала к себе:
– Попался, который кусался! Что, решил, что я и в самом деле сдалась? – грозно прорычала я, делая вид, что сейчас его слопаю.
Он молча повалился на спину пузом кверху и поднял лапы – ну, натуральный артист!
– Сдаюсь на твою милость! – с покорностью в голосе тявкнул он. – Лежачих не бьют.
Я обняла его:
– Ладно, хорошо погуляли, пойдём домой! Дома нас наверняка уже потеряли.
Мы встали и собрались было идти.
– Постой-ка, сказала я ему тихо.
– Что? – спросил Филя.
– Я сейчас, дело одно есть! Ты только со мной не ходи. Я знаю: тебе эти ребятки не понравятся!
– Что ещё за ребятки? – с подозрением спросил Филимон.
– Вон, гляди! – указала я ему на пару толстых шмелей, гудевших неподалёку над самой землёй.
Филя поёжился и попятился, отступая и прячась за мой хвост. Он был научен горьким опытом: однажды, ещё по неразумению своему щенячьему, поймал пастью пчелу, за что и поплатился распухшим языком и отёкшей мордой. С тех пор он боится всех жужжащих существ, как огня.
– Не ходи туда! – тихо сказал он. – Ни к чему хорошему это не приведёт!
– Да не бойся ты! Там, среди них, должен быть один мой старый знакомый. Подожди тут! – сказала я переминающемуся с лапы на лапу растерянному и озадаченному псу, а сама потихоньку, без резких движений, направилась к шмелиному гнезду. Остановившись в паре метров от него, я громко кашлянула – оба шмеля сердито загудели и поднялись выше уровня травы. Через секунду из крохотного отверстия в земле вылетели ещё два тяжело гудящих насекомых.
– Здравствуйте, уважаемые! – как можно вежливее и отчётливее произнесла я, хоть сама готова была отсюда улизнуть при первой же опасности. – Не будете ли вы так любезны и не подскажете ли мне, где я могу отыскать шмеля по имени Жзин?
Четыре гудящих шмеля сблизились в воздухе друг с другом, будто что-то обсуждая, и мгновение спустя один из них юркнул в гнездо. Оставшиеся трое подлетели ближе ко мне, зависнув на уровне моего носа, и стали с удивлением меня разглядывать, гудя на разные лады. «Надеюсь, они не вздумают на нас нападать? Ладно – я, мне их укусы – как слону дробина, а вот Филёк, – я осторожно покосилась в его сторону, не делая резких движений – он залёг в высокую траву, и его почти не было видно. – Да, ему может достаться по полной программе».
Тут я услышала, что жужжание шмелей усилилось – из гнезда вывалилось порядка пятнадцати особей. От этой компании отделился самый крупный шмель и уверенно двинулся ко мне – у меня внутри всё непроизвольно сжалось от мимолётного страха.
– Здравствуй! – вдруг весело прожужжало насекомое.
– Приветствую тебя, Жзин!
– Что привело тебя к нам?
– Да мы тут с моим другом гуляли неподалёку, и я решила зайти к тебе в гости. Хотела вот поинтересоваться, как ты себя чувствуешь!
Я сидела и старалась не обращать внимания на тяжело гудящую позади Жзина группу поддержки. Протянула ему лапу, приглашая сесть на ладонь – он на секунду завис над ней и, не долго думая, плюхнулся на самую середину, сложив крылья. Остальные шмели как-то занервничали, выдавая своё состояние неравномерным резким жужжанием, временами переходящим в пронзительный звук.
– Спасибо, со мной всё в порядке! – уверенно заявил он.
– А ты, кроха, был прав! – обратилась я к нему. – Похоже, я действительно не сплю, и, кажется, я тебе верю! Не удивляйся, но мне тут кое-что рассказал мой пёс. Да-да, я говорю и со своей собакой! Конечно же, он рассказал не всё, что я хотела узнать, но некоторым вещам дал более или менее понятное объяснение, хотя во всё это мне верится с трудом.
– Ну, я же говорил тебе! А ты мне не поверила в прошлый раз! – пискнул мохнатый комочек у меня на ладони, и в его голосе послышались обиженные нотки.
– Не обижайся, пожалуйста, я ведь не нарочно! Это и в самом деле всё невероятно звучит. Я вот тут кое-что хотела тебе предложить. Вернее, всем вам.
– Что именно? – с некоторой опаской спросил меня шмель.
– Сейчас увидишь. Я, конечно, не знаю, получится ли у меня это снова, но я постараюсь!
Я медленно подняла правую лапу (при этом краем глаза заметила, как Филя нервно приподнялся над травой), сосредоточилась и, прикрыв глаза, представила себе, как из земли прорастает клевер. Моё любопытство заставило меня открыть глаза, и от увиденного я обомлела: у меня получилось! Получилось вырастить приличную куртинку того самого клевера, от которого эти мохнатые полосатики пребывали в диком восторге.
Жзин аж привстал на задние лапки:
– Невероятно! – пискнул он. – Я и впрямь в тебе не ошибся!
Он слетел с ладони и пулей рванул к свежайшим головкам клевера. Остальные, обалдевшие от происходящего, шмели зависли в воздухе, не решаясь подлететь к невесть откуда взявшемуся клеверу.
– Я тут кое-что прочитала о вас, – обратилась я к копошившемуся в клевере Жзину, которому было явно не до меня. – Вы ведь ещё без ума и от этого, да? – спросила я его, снова протягивая лапу и чувствуя, как из неё идёт неведомая сила, и тут же увидела, что из земли пробивается крепенький росток.
Он тянулся вверх и рос всё быстрее и быстрее. Вот он уже из тоненькой веточки превратился в маленький кустик. Кустик, в свою очередь, ветвился всё сильнее и сильнее, и вот на нём уже появились многочисленные розовые бутоны, раскрылся первый алый цветок…
Шиповник получился отменный – в человеческий рост, весь усыпанный цветами и бутонами, он источал пьянящий сладкий аромат на всю округу. И без того обалдевшие шмели шарахнулись в разные стороны от внезапно возникшего куста. Жзин же взвился в воздух и с бешеным жужжанием кинулся на первый раскрывшийся цветок.
– Жзин, скажи, чего они, как не родные? Я же для вас стараюсь! – еле сдерживая смех, проговорила я, наблюдая за насекомым.
– Братья!!! – завопил он, весь облепленный жёлтой пыльцой. – Не бойтесь, это всё для нас! – и, не говоря больше ни слова, снова уткнулся в цветок, сотрясая своей вознёй большую ветку.
Шмели с тяжёлым гудением облетели внезапно появившийся благоухающий куст, и самый смелый после Жзина неловко плюхнулся на ближайший цветок. За ним подтянулись и остальные…
Почуяв тончайший аромат шиповника, из гнезда вывалил весь шмелиный народ – их было уже порядка пятидесяти штук. Тяжело гудя и не обращая на меня ни малейшего внимания, они направились к кусту.
Я покачала головой: да уж, суровый народ, ничего не скажешь! Напоследок я вырастила им ещё немного белого и жёлтого донника – из лапы лилась неведомая сила, как бы струясь из центра ладони, концентрируясь в пальцах. Потом тихонько встала и пошла к Филе.
– Пойдём. Там теперь кипит работа, и им нет до нас никакого дела.
– Ты с ума сошла! – громким шёпотом заругался на меня пёс, укоризненно глядя мне в глаза. – Они же могли тебя ужалить!
– А вот и не могли! Мне их укусы по барабану, я их и не почувствую! Броня, знаешь ли, отменная! – постучала я себя казанком пальца по чешуе на другой лапе.
Филя осуждающе на меня посмотрел и ничего не сказал, недовольно фыркнув. Чтобы хоть как-то сгладить его недовольство, я решила кое-что ему предложить.
– Вернёмся домой по воздуху? – обратилась я к нему. – Честно признаться, пешком мне тащиться неохота – далеко больно. Как ты на это смотришь?
Филёк хмуро насупил брови, делая вид, что сердится, и пару секунд подумал, поджав нижнюю губу.
– Я не против. Только слишком быстро не лети, я ещё не привык. И, пожалуйста, высоко не поднимайся.
– Ладно, ладно, трусишка, как скажешь! – поддразнила я его – он нахмурился.
– И ещё: давай-ка я тебя пристегну на всякий случай, – продолжала я, подбирая поводок из травы. – Во-первых, это страховка на тот случай, если я тебя случайно отпущу в воздухе (Филёк аж нервно икнул и раздул щёки, приготовившись мне что-то отвечать). А во-вторых, я тебя знаю: стоит мне тебя отпустить в городе, так ты обязательно улизнёшь, и, как минимум, на сутки!
Филёк сдул щёки и закатил к небу глаза, выражая этим своё отношение к поводку и к моим словам:
– Я его не люблю! Это – самая противная вещь. И вообще – он ограничивает мою свободу. Я протестую!
– Он бы не ограничивал твою свободу, – противным голосом ответила я ему, – если бы ты не убегал и вёл себя на людях прилично, как все культурные маленькие собачки.
– Тоже мне, нашла с кем меня сравнить. Я что, похож на тупую гламурную шавку с такой же хозяйкой на поводке? – язвительно ответил он, но всё же сдался мне на милость, подставив спину для того, чтобы я защёлкнула карабин на шлейке.
Он чего-то мрачно буркнул себе под нос. Что конкретно – я не разобрала, но точно он меня не похвалил.
– Иди сюда, пойдём ко мне на руки, забирайся, – потянула я его за поводок, собираясь усадить себе в лапы.
Вдруг сзади меня раздался знакомый голос с характерным жужжащим акцентом:
– Подожжжди, Катя!
Я обернулась: ко мне летел Жзин на всех парах.
– Подожжжди, пожжжалуйста, не улетай! – выпалил он, чуть не врезавшись мне в нос. – Ты сделала для нас доброе дело, спасибо тебе! Вот мы хотим поблагодарить тебя от всего сердца. Прими это в знак нашей признательности.
– Ребята, давайте сюда! – скомандовал шмель нескольким насекомым, добавив ещё какое-то выражение на незнакомом мне диалекте.
Четыре крупных, мохнатых, полосатых охранника подлетели к Жзину.
– Вон тот! – указал он.
Охранники развернулись и дружно полетели к кленовым молодым высоким деревцам. Двое отклонили самый крупный лист: один шмель сверху давил на него массой собственного тела, второй усердно тянул вниз. Двое других старательно перегрызали черешок листа мощными жвалами. Мы с Филей молча и удивлённо наблюдали за этой сценой. Жзин, тем временем, с десятком шмелей пропал в норке.
Охранники откусили лист и полетели с ним ко входу в гнездо. Спустя несколько секунд над поверхностью земли стали появляться рабочие шмели, неся в лапках что-то, похожее на капельки янтаря. Охранники держали лист, а рабочие осторожно опускали янтарные капельки на его середину. Ещё четыре шмеля ухватились за края листа, помогая охране – лист тянул их к земле. Было понятно, что в нём лежало что-то увесистое. Тут я снова увидела летящего ко мне Жзина.
– Это от всей нашей семьи – наш лучший мёд, попробуй, пожалуйста!
– Ой, спасибо! Как это мило! Я ещё никогда не пробовала вашего мёда.
Мёд, в принципе, терпеть не могу. Больше одной чайной ложки в год не употребляю. Что ж, видимо, придётся есть, иначе, чего доброго, оскорбишь этот суровый народец.
Восемь шмелей с листком, который прогнулся под тяжестью мёда, медленно полетели в мою сторону. Им явно было тяжело тащить эту ношу.
Я сделала к ним два шага и протянула лапу. Они осторожно положили мне на ладонь лист с янтарным содержимым и дружно отлетели обратно к кусту шиповника, а Жзин висел в воздухе напротив меня. Я посмотрела на свою ладонь: лист почти до краёв был наполнен прозрачным мёдом и источал божественный аромат сотен цветов. Я с наслаждением вдохнула этот аромат. Дааа… запах – что надо! Это вам не пчелиный мёд, а самый настоящий дикий!
Я взглянула на гудящего шмеля:
– Надеюсь, вы мне не весь свой годовой запас мёда отдали? Самим-то хоть что-то осталось или всё мне отдаёте?
– Нет-нет, не волнуйся! – деловито прожужжало насекомое. – Это лишь малая толика нашего запаса! От нас не убудет. Прими в знак нашей глубокой признательности, – ещё раз повторил шмель.
– Ну, ладно, спасибо!
Я аккуратно заправила кленовый лист вместе с содержимым в пасть. Нежнейший прохладный мёд имел божественный вкус – вкус, с которым нельзя, наверное, было сравнить ни один из сортов пчелиного мёда. Я не знаю, какова на вкус была амброзия, которую пили боги на горе Олимп, но в этот момент мне показалось, что это была именно она! Такого невероятно восхитительного, чудесного и сладкого мёда я ещё не едала!
– Ммм, – восхищённо протянула я, слизывая остатки мёда с ладони. – Просто обалденный медок! Не сравнить с пчелиным. Качество отменное. Вы просто молодцы!
Жзин фыркнул:
– Конечно, не сравнить! Мы смешиваем пыльцу почти с тридцати видов цветов, пчёлы – от силы с десяти, а некоторые семьи – с двух или трёх видов. Мы много внимания уделяем качеству, это – наша гордость! – важно заявил он.
«Ой, ой, сейчас кто-то лопнет от самодовольства!» – заметила я про себя.
– Спасибо, друг. Ну, нам пора. Я как-нибудь ещё загляну к вам на листочек мёда, если, конечно, не будете возражать.
«Ага, теперь не отвяжетесь! Я ведь жуткая сладкоежка. Если уж мне что-то понравилось – всё!» – проскочила у меня в голове подленькая, скользкая мыслишка.
– Нет, не будем, – с усмешкой сказал Жзин. – С твоей помощью мы за месяц соберём зимний запас. Ещё раз спасибо!
Я ему кивнула в ответ, и он полетел, выписывая в воздухе замысловатые пируэты, к кусту шиповника, где вовсю кипела работа.
– Во, видал, как засуетились! Залетали сразу, – повернувшись к Филе, сказала я. – Небось, остались довольны.
– Да уж, – ответил пёс. – После таких фокусов с травой они могли бы тебя отблагодарить получше, чем жалким листком с этой пакостью, – сморщившись, выговорил он с недовольством в голосе.
– Да ладно тебе, чего ворчишь. У них ведь там не фабрика медогонная. Они и так разорились на меня.
Филёк глухо хмыкнул: мол, нашла, кого жалеть.
– Ну, всё, полетели! – я подхватила своего любимца в лапы и метнулась ввысь, забыв о том, что он просил меня лететь помедленнее и поаккуратнее.
Я парила на одном месте над лесом, подхваченная тёплым восходящим потоком.
– Ты чего зажмурился? – спросила у съёжившейся собаки. – Напугался, что ли? Смотри, как тут здорово! Ну же, открой глаза, тебе это понравится. Вон какой вид отсюда.
Филя что-то мне в ответ невнятное буркнул, но глаза открыл. Я крепко держала его в лапах, намотав поводок на запястье. Он молча обозревал окрестности с высоты птичьего полёта, и я заметила, как на его морде маска страха меняется на выражение любопытства и удивления. Его взгляд устремился вдаль.
– Дааа, – нарушила молчание я, – даль манит к себе, приковывает взгляд.
– Угу, – ответил Филя глухо.
– Хочешь, я тебя покатаю? Обещаю: никаких резких движений! Как ты на это смотришь?
Пёс поджал нижнюю губу – ну, точь-в-точь, как человек. Его физиономия казалась озадаченной, но в рыжих глазах сверкнула огненная искорка. Я всё поняла без слов.
– Ну, чего тут думать? Полетели! – бросила ему я и, не дожидаясь ответа, взмахнула крыльями, оттолкнувшись от тёплой воздушной подушки.
Мы поднялись довольно высоко. Нас обдувал лёгкий приятный ветерок.
– Какое всё маленькое отсюда! – вдруг ожил Филя – он глядел вниз.
– Смотри, голова закружится с непривычки! – предупредила я. – Лучше не смотри вниз.
– Ага, это похоже на поездку на машине. Когда смотришь на полоску на дороге во время движения, она всё время мелькает: линия-линия-линия-линия… – он тряхнул головой. – Да не так уж тут и высоко.
Я усмехнулась:
– Естественно, сейчас мы на уровне нашей девятиэтажки.
– А что, ты летаешь ещё выше? – с опаской спросил пёс, с подозрением уставившись на меня.
– Оооо, ещё бы! Так высоко, что все дома превращаются в крохотные камешки, когда смотришь на них оттуда, с высоты. Хочешь посмотреть?
– Нет-нет-нет, не хочу! Мне и так страшно!
– Да чего тебе бояться? Я тебя вон как надёжно держу – никак не вывалишься. Предлагаю прогуляться над облакам. Что скажешь?
– Ничего не скажу! Не надо! Давай вниз, на землю! – запротестовал пёс. – Я хочу слезть!!!
– Ты хочешь слезть? Ну, пожалуйста! – я чуть ослабила хватку, и пёс вцепился всеми коготками мне в лапу.
– Короче, по земле мы с тобой будем ходить в нашем мире, когда проснёмся, а сейчас… – я резко взяла вверх, что есть силы взмахнув крыльями, покрепче прижав к себе насмерть перепуганную собаку. Он и тявкнуть не успел, как мы оказались над плывущими взбитыми тучками.
Филёк прижался ко мне всем телом.
– Эй, да перестань, не бойся! Смотри!
– Нет, – буркнул он, – и не подумаю.
– Да открой же ты глаза, глупый! Где ты ещё такое увидишь? – спокойно убеждала я пса. – Неужели ты думаешь, что я и впрямь тебя выпущу? Смотри, как тут красиво!
Он открыл глаза и посмотрел вдаль, издав при этом какой-то удивлённый вяк.
– Это… это… есть… – пробормотал он, округляя при этом глаза, – тучи?
– Ага, это облака.
– Они твёрдые? – спросил он робко, осторожно выглядывая из-за моей лапы.
– Нет, совсем нет. Это капли воды, только очень-очень мелкие, как пыль. Хочешь попробовать их на вкус?
Он нервно сглотнул.
Я медленно влетела в ближайшее к нам облако. Мы тут же ощутили прохладную влагу, окутавшую нас плотным туманом. Тут облако внезапно начало таять.
– А чего это? – спросил Филя. – Куда оно девается?
– Это от моих крыльев. Я его сдуваю потоком воздуха.
– Ааа, – понимающе ответил пёс. – А они на вкус и правда, как вода, – чамкая, произнёс Филя.
Он весь был облеплен мельчайшими капельками влаги, да и я тоже. А по его усам смешно капала вода. Я усмехнулась:
– Конечно, как вода. Это и есть вода. А что ты думал, у облаков вкус копчёной курицы? Или колбасы? Или они, как мороженое?
Он тоже рассмеялся.
– Ну, что? Страх твой прошёл? Чувствую, что прошёл, если смеёшься.
Он пожал плечами.
– Давай-ка я тебя нормально покатаю, я ведь обещала. Знаешь, только я не очень люблю медленно летать – меня это жутко утомляет, – и, разогнав остатки облака мощными взмахами крыльев, я набрала скорость.
Филя молчал, наблюдая, как всё быстрей и быстрей начинают плыть мимо нас пушистые тучки.
– И правда, здорово! – вдруг задорно тявкнул он. – Это как поездка на машине с открытыми окнами, только высоко.
Он глянул через мою лапу вниз и тут же отпрянул назад.
– Ой-ёоо! – выдавил он из себя. – Какая пропасть!!!
– Ага, – довольно ответила я. – А теперь держись крепче!
Он понял, что со мной спорить бесполезно, и вцепился когтями мне в пальцы, вжался в меня и свернулся поудобнее – так, чтобы лететь со мной не боком вперёд, а носом.
Я летела примерно со скорость километров 150-180, судя по тому, как быстро обгоняла идущие внизу по трассе автомобили.
– Ну, как? – спросила я у пса.
– Ага! – коротко тявкнул он.
– А сейчас будет ещё быстрее! Только молчи, а то подавишься ветром, – предупредила я и так в тряпочку молчащую собаку. Он еле заметно мне кивнул.
Мы неслись с приличной скоростью. Внизу под нами пролетали поля, речушки, сёла, деревни, небольшие массивы леса, посадки, фермы, дачи, овраги и пруды. Пёс еле успевал следить за всем этим. «Наверняка, он тоже и боится, и восторгается», – подумала я.
Ветер зверски бил нам в лицо. Я решила сбавить скорость и развернуться в сторону города. Мы повернули на восток, и нас ослепило утреннее солнце – ещё не горячее, но невыносимо яркое. Я пролетала над тучами и задевала их задними лапами. Видела, как вихревые потоки от крыльев заставляют спокойно плывущие тучи резко менять форму и распадаться на отдельные куски.
Тут я глянула на Фильку: он, щурясь от яркого света, высунул голову по плечи из моих лап и высунул язык, ловя ветер ртом. Глаза при этом у него были сощурены, кудряшки на голове туго прижимались потоками ветра. Если я не ошибаюсь, то он был просто в восторге! Я понимающе улыбнулась.
Наконец-то показался вдали наш город, приветствуя нас залитыми яркими солнцем домами. Я сбавила скорость и снизилась. Филёк облизнулся и чуть перегнулся через мою лапу.
– Смотри, вывалишься! – предупредила я пса.
– Это Берсеневка? – спросил он, глядя на сельские дома.
– Да. А откуда ты знаешь, что это Берсеневка?
– Очень просто. Во-первых, я умею слушать, а во-вторых, я умею читать таблички. А на въезде в Берсеневку – вон там, – стоит указатель с названием.
– Ого! Ты меня удивляешь! Чего о тебе я ещё не знаю?
– Ну, ты тоже меня удивляешь и шокируешь. Вон чего у шмелиного гнезда вытворяла сегодня с растениями. Где это видано, чтобы они так быстро росли?
– Согласна. Но у меня вопрос: как ты научился читать?
– Ну, это же просто! Как две кости разжевать! Когда мы едем в деревню, вы же иногда говорите, какие сёла мы проезжаем. Я слушаю и запоминаю. И потом, я смотрел и слушал этот говорящий и мелькающий ящик. Этот, как его… Телевизор, вот! Вот за пять лет кое-чему и научился.
Моему удивлению не было предела: мой пёс смотрит телевизор да ещё и умеет читать? Я в шоке!!!
– Я же говорю, что в тебе есть сила, – сменил он тему. – И она начала проявляться. Какая-то энергия от тебя идёт – странная, непонятная. Но она не чуждая и не враждебная, я это точно знаю. Собачье чутьё не обманешь! – продолжал он.
Мы, тем временем, опускались на нашу поляну. Я аккуратно приземлилась и выпустила Фильку из лап. Он чуть отошёл и встряхнулся, звякая карабинчиком.
– Бррр, ненавижу поводок! – сказал он, закончив встряхиваться.
– Филь, я спросить ещё хотела… Всё про то же…
– Да? – обернулся он ко мне.
– Ты вот говорил про переход. Что это такое? Ну, хоть что-то ты видел или запомнил про это?
Он сел.
– Я же говорил и говорю, что не помню ничего, только то, что куда-то через что-то перешагнул. И – всё, провал, темнота в голове!
– Жаль… – задумчиво ответила я.
– Мне тоже.
Тут наш разговор прервался, так как мой пёс вдруг залился звонким лаем на проходившего неподалёку человека.
– Тихо ты, не ори! Меня выдашь! Совсем с ума сошёл? – громко шикнула я на него. – Я же невидима для них!
Он перестал брехать и, чуть не подавившись, удивлённо спросил:
– Как невидима?
– Да так!
– Да я же тебя вижу! И мама видит.
– Да потому что я ТАК хочу, потому и видите. А для всех остальных я скрываюсь. Если я захочу – меня сразу становится видно, я проверяла.
– Ну, и как? – с любопытством поинтересовался он. – Как реагируют?
– А ты как думаешь? Как люди могут реагировать на этакую зверюгу?
Он ухмыльнулся, глазах его сверкнул хитрый оранжевый огонёк.
– Покажи! – внезапно как-то заговорщически прошептал он. – Хотел бы я посмотреть на их реакцию.
– Да ты что, свихнулся? Посреди бела дня – и вот нате вам! Здрасте! «По городу ходила большая крокодила»... Ладно – ночью все были по домам.
– Тааак,– ехидно протянул пёс, – ночью?
– Ну да, а что такого? – смутилась я.
Он укоризненно покачал головой.
– И всё же, давай поглядим на их реакцию. Это же сон!
– Нет – и точка! – возразила я.
– Ну, пожалуйста! – начал поскуливать пёс.
– Даже не проси! – упёрлась я. – Сейчас же паника начнётся! Я не могу этого допустить. Ой, вот только не надо делать такие глаза! – возмутилась я, глядя на пса, который готов был, судя по выражению его морды, прямо сейчас разрыдаться.
Зная, какой он артист, я даже и ухом не повела. Филька обиженно тявкнул и, повернувшись ко мне спиной, плюхнулся в траву с тяжёлым вздохом: мол, такая, да? А я тебе тут душу свою изливал… Всё, я обиделся!
– Эй, Филя, перестань дуться! Ну, ты чего? Ну, брось! Правда, я не могу и не хочу перепугать всех. Это нехорошо. (Никакой реакции!) Всё, пошли домой! Мама нас, наверное, уже заждалась давным-давно. Идём! – потянула я за поводок.
Поводок натянулся, но Филя даже с места не сдвинулся.
– Идём же! Хватит! Разве ты не понимаешь очевидных вещей? – начала уже злиться я.
Опять молчок. Он даже ухом не повёл. Вот зараза, всегда упёртый был.
Тут у меня, как всегда, возникла одна нехорошая идея. Но она мне не совсем нравилась: а вдруг не выйдет?
– Ладно, – сдалась я, – твоя взяла.
Он немного повернул ко мне голову.
– Тогда слушай меня ОЧЕНЬ внимательно! Не гавкай, не мешайся под ногами, ни на кого не кидайся, сиди молча в сторонке и смотри. Убежишь – я тебя всё равно поймаю и.., – я нахмурилась, глядя на его морду.
О, он был весьма доволен моим решением и никак не среагировал на моё «и…».
Сохранить на стену в социальных сетях
В
t
f
?
  • Комментарии
КараДраконесса
Не в сети
Я так полагаю, в следующем рассказе нас ожидает нечто оч-чень интересное . С нетерпением жду продолжения...
18.07.2012 в 11:05
DragoNita
Не в сети
Ага))
18.07.2012 в 13:14